О`Санчес - Хвак

   - Нет, ну ты сам подумай, своими обеими задницами, уж и не знаю, какая из них глупее и вонючее: вода - она повсюду, внутри тела и вне его, в земле и над землею, в воздухе и в... Стал бы я учитывать тебя в намерениях своих, если бы срок владения тобою ограничивался пределами одной жажды? А дождь, а роса, а плевок, в конце концов? Этот мерзкий человечишка поглумился над тобою, он обманул тебя, обхитрил, обвел вокруг пальца, потешился твоею глупостью и доверчивостью... Убедился теперь? Может, помочиться на себя хочешь для последней проверки?..

   Мир налился жёлчью и холодом, почернел... а потом выцвел и утратил даже горечь... И здесь обман, и здесь пустота, и нет ничего, ничего, ничего на этом свете, кроме лжи и пустоты...

   - Ну, а я тебе что говорил? Все врут, всё мерзость, везде пустота... Становись под седло, предварительно принеся оммаж, и помчимся вперед, наслаждаясь бытием и вознося слова горячей благодарности всещедрым богам!

   - Ом... чего?

   - Клятву верности. Ну же? Нет, лучше встань на колени. Во-от... И теперь просто скажи: "Джога, я твой!" Будь ты поумнее и поотесаннее, да еще если зрителей позвать, я бы придумал нечто такое... красивое, длинное, звонкое и ужасно напыщенное... Но здесь пустыня, а я соскучился по телесным удовольствиям. Разевай рот и...

   - Погоди... - Хвак поднялся с колен и опять расставил ноги пошире, для устойчивости.

   - Э, я не разрешал тебе вставать.

   - Джога. Я не согласен и не верю тебе.

   - Да ты что? Клятву, червяк, клятву, шутки кончились!..

   Хвак шатнулся, его вырвало прямо под ноги, почти на сапоги, но он устоял и вдруг пустился бежать. Ноги плохо слушались его, он спотыкался и падал, и опять бежал... потом шел... потом уже полз на четвереньках...

   Это был ручей. Вода в нем была прозрачна и холодна, бережок, на который выполз Хвак, был каменист, но плотен, гладок, рукам и коленям тяжеленного тела совсем не колко, не топко... У них в деревне был такой же, там бабы любили белье стирать...

   - Джога. Ты хотел заглянуть ко мне в душу...

   - Да она и так моя. Искупаться решил? Что ж, искупайся напоследок. Я бы давно тебя подмял, да сломать боюсь. Да, боюсь. У меня знаешь сколько тысячелетий игрушки не было? Вот и... Ты сильный оказался, спору нет, но... Просто я не хочу омрачать первое свое владение всякими увечьями, изъянами...

   - Загляни, Джога. Добровольно открываю.

   - Изволь, коли просишь. Это почти то же, что клятва верности. Ладно, пусть будет у нас и то, и другое. Итак, Хвакушка...

   - Смотри. Я не верю тебе, я верю Снегу и благодарен ему за последний совет, я понял его. Прощай, Джога.

   Хвак разбежался и с превеликим шумом, словно ящерная корова, прыгнул подальше в ручей - в самом глубоком месте он оказался ему по грудь - и нырнул. Он еще с берега узрел в этом месте корягу, подмятую с боков гладкими валунами. Главное - вцепиться понадежнее, чтобы пальцы не скользили... Хвак прижался жирным брюхом к неровному дну, открыл рот как можно шире и вдохнул во всю грудь, словно это был воздух вокруг, а не ледяная тяжелая вода... Попытался вдохнуть, но что-то мешало... То ли страх перед смертью, то ли приказ демона Джоги, то ли всё вместе... Хвак поднапряг собственную волю, хлебнул... ему это удалось... и сделал вдох. Тело опять пробила мощнейшая судорога, в голове кто-то завизжал непереносимо громко, пальцы сами разжались и тело выпрыгнуло из воды туда, наверх, где воздух, где дышится... Хвак закашлялся, замер на мгновение, его опять вырвало, уже в который раз за этот день... Дышать!.. Дышать!..

   Хвак вздохнул как можно глубже, оглядел надводный солнечный мир ничего не видящими глазами и вновь нырнул, и выдохнул драгоценный воздух и опять вдохнул воду...

   - НННЕ-Е-ЕЕЕТ!!! ХВА-А-АК!!!

   - Да. - Хвака опять вытолкнула наверх соединенная сила двух сущностей, демона и человека, и опять он блевал водой, опять вкушал три или четыре раза подряд драгоценнейший из напитков земных: воздух... И снова нырнул, и на этот раз он понял вдруг: победил, себя и Джогу. Он избавится от него, сейчас... одним последним вздохом...

   - ХВАК!!! Умоляю! Прошу! Хвак! Я УЙДУ!!!

   И этот последний крик, заполнивший всю небольшую оставшуюся вселенную, крик неподдельного ужаса, крик жажды бытия, уже непонятно кому принадлежащий, Хваку или Джоге, остановил Хвака, и он вынырнул. Вода хлынула из легких, и были они словно раскалены и оплавлены водяной водой, и было им больно, да только все это уже не важно...

   - Уходи.

   - Послушай Хвак... Давай выйдем на берег... СТОЙ!!! Погоди... погоди... Хорошо, давай здесь... Хвак... Дело в том...

   - Уходи.

   - Хвак... Я не могу уйти... ПОГОДИИИИИ!!! Ну выслушай же меня, я умоляю! Никто не в силах выковырнуть меня из твоего тела, разве что всесильные боги. Даже я сам, могущественный демон пустоты и огня, я шут богов, великий дем... НЕТ!!! Ну дай же, дай же мне закончить слова объяснений! Я... соврал тебе, пообещав уйти... Я не могу тебя покинуть, пока ты жив... Я даже убить себя не могу и в этом одно из важных отличий человеческих от нас и богов... Я бы ушел в другое тело, но их нет поблизости, даже рыбы умчались прочь, напуганные нашею с тобой ссорою...

   - Стало быть, разойдемся замертво. Ты все сказал?

   - НЕТ!!! Я... клятву тебе принесу. Я клянусь быть тебе верным и послушным. Я буду тебе служить, Хвак, пока ты жив. Но... не лишай меня тела, не губи меня водой.

   - Я не хочу такого слугу. И еще чтобы в моем теле... ты мне... не нравишься!

   - Но Хвак! Я уже поклялся! Загляни в сущность мою! Теперь проще, ведь я заглянул в твою. Теперь мы почти как братья!..

   У Хвака никогда не было ни братьев, ни сестер, ни отца, ни матери, ни иных родственников, если не считать подлой изменщицы Кыски, и последние слова демона Джоги о братстве вдруг показались Хваку такими... такими... такими... от которых хочется плакать горючими сладкими слезами... Хвак заглянул в сущность Джоги, состоящую из вечности, пустоты и огня... Жуть какая... Хуже мертвечины... Но - не врет. Может, пожить еще?

   Солнце высоко ступало по синему небу, а навстречу ему, с запада, летели маленькие округлые облака: там, на востоке, они собьются в большую темную тучу и сойдут на землю и станут водою, а когда надоест - опять превратятся в облачка и опять двинутся куда-нибудь... Подальше от суеты... поближе к суете...

   Две сахиры прибежали на волнующий запах, наскоро приняв человеческий облик, но что-то их смутило, или озадачило... Толстый человек с голой задницей стоит по колена в воде и чего-то там бултыхает... Самое время кинуться и сожрать, но... Боязно что-то. Вряд ли верно будет приписывать демонам столь человеческие чувства, как смущение или недоумение, тем не менее, они остановились поодаль от предполагаемой добычи, вместо того, чтобы напасть, и наблюдали исподволь, скрытно. Ибо там какая-то такая мощная жуть кроется, очень высокая жуть... А с противоположной стороны небольшого ущелья расположился еще один наблюдатель, седовласый человек, с обнаженным мечом за спиною, весь укутанный в мощнейшие заклятья незримости и дальновидения...